КТ

    РОЛЬ КОМПЬЮТЕРНОЙ ТОМОГРАФИИ В ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНОЙ ДИАГНОСТИКЕ ДЕСТРУКТИВНЫХ КИСТ ЧЕЛЮСТНО-ЛИЦЕВОЙ ОБЛАСТИ.



    2 3 4 

    РОЛЬ КОМПЬЮТЕРНОЙ ТОМОГРАФИИ В ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНОЙ ДИАГНОСТИКЕ ДЕСТРУКТИВНЫХ КИСТ ЧЕЛЮСТНО-ЛИЦЕВОЙ ОБЛАСТИ.

    Б.Д. Шалабаев - врач-оториноларинголог, Г. О. Миненков - врач

    Под кистами принято понимать полость в различных органах, наполненную жидкостным содержимым и ограниченную со всех сторон стенками [1, 2]. Деструктивное поражение верхней челюсти кистозным процессом встре­чается относительно редко [3-6]. Именно это и обусловливает трудность в постановке пра­вильного диагноза в доверификационный пе­риод. Эту ситуацию часто трудно решить с помощью стандартного ЛОР-обследования, так как симптомы этих заболеваний неспеци­фичны, а генез - не идентичен [7-10]. Кроме того, киста в ряде случаев может симулиро­вать злокачественную или доброкачественную опухоль [4, 8, 10]. Промедление с постановкой правильного диагноза заметно ухудшает про­гноз лечения и отражается на психическом статусе больных. Даже такие современные ме­тоды исследования, как компьютерная томо­графия (КТ) и магнитно-резонансная томогра­фия (МРТ) не всегда могут решить возникаю­щую диагностическую задачу [4, 6, 10]. Поэтому оценка диагностических возможно­стей КТ и МРТ в диагностике кист челюстно-лицевой области весьма актуальная.

    Методы и материалы исследования. Обследования проводили с использованием компьютерного томографа (Tomoscan VX-S, Philips, Hi Speed CTi, GE) и магнитно-резо­нансного томографа (Hyroscan T5- NT, Philips).

    Обследовали 7 больных с кистами, отли­чающимися деструктивным ростом. КТ-иссле-дование было выполнено в аксиальной и коро­нарной проекциях. МРТ-исследование было выявлено в T1W и T2W - режимах. В трех случаях была диагностирована эхинококковая киста (в 2- однокамерная, в 1 - многокамер­ная), в 2 - ретенционная, в 1 - эпидермоидная и в 1 - посттравматическая киста.КТ

    У всех больных наличие деформирующих кист отражалось на внешнем виде лица. У 2 больных было выявлено выпячивание щеки, сглаженность носогубной и носощечной скла­док, над- и подвисочных ямок, а также легкая дислокация глазного яблока. В двух наблюде­ниях такого рода изменения были более значи­тельными. У них было видно не только выпя­чивание описанных ямок, но и выраженное смещение костных структур и глазного яблока вверх, наружу и вперед (экзофтальм). Скуло­вая кость была смещена наружу и вперед. Глазная щель была сужена и определялся рез­ко выраженный хемоз бульбарной конъюнкти­вы. У одной больной было отмечено смещение скуловой кости наружу и вперед с выбуханием щечной области. У одного больного была за­метная деформация лобной кости.КТ

    При передней риноскопии у всех больных отмечено смещение боковой стенки носа. Это обусловливало затруднение носового дыхания со стороны поражения, где было видно слизи­стое и слизисто-гнойное отделяемое. В двух наблюдениях было выявлено легкое выпячи­вание неба. В этом месте пальпаторно ощуща­лось отсутствие кости.

    Результаты и обсуждение. С целью уточ­нения диагноза всем больным проводили пре­доперационную КТ или МРТ. После операции весь материал подвергали патоморфологиче-скому исследованию. У 4 из 7 больных при на­личии эхинококковых кист (в трех случаях и с посттравматичесой кистой в одном), доверифи-кационный диагноз совпал с окончательным. В двух наблюдениях у больных с ретенционной и одного с эпидермоидной кистами было распо­знано кистозное поражение, но без детализации их по морфологическому генезу.КТ пазух

    При ретенционной, эпидермоидной и по-стравматической кистах их КТ тень была представлена одиночным полушаровидным образованием средней интенсивности, с чет­кими контурами, частично ограниченными ко­стными структурами, но без наличия четко контурируемой и мощной капсулы, свойст­венной эхинококковым кистам (рис. 1). Для всех кист, за исключением посттравматиче­ской, на КТ была характерной относительно гомогенная структура тени. Объем ее превы­шал анатомические регионарные структуры, что обусловливало видимое смещение окру­жающих костных и мягкотканных образова­ний верхней челюсти. При этом изменения ко­стных образований имели признаки остеопо-роза от давления, что вызывало истончение иногда до появления или разрывов на отдель­ные фрагменты.

    Важным признаком эхинококковой кисты, в отличие от указанных, было наличие харак­терного тенеобразования границ (рис. 2, 3). Они были более широкими и достигали 2­3,6 мм, что свойственно хитиновым оболочкам названной кисты. Тень содержимого кисты в двух наблюдениях была однородной, в од­ном - неоднородной. В последнем наблюде­нии определялись множественные тенеобразо-вания округлой формы, что свидетельствовало о наличии в кисте дочерних эхинококковых пузырей (рис. 3).

    Форма тени на КТ при ретенционной кис­те была неопределенная, при эпидермоидной -закругленная со всех сторон, а при эхино­кокковой и посттравматической - округло-овальная.

    Рис. 1. На КТ Б-ой М-вой (и. б. №4207/408), 65 лет, с ретенционной кистой в/челюсти, справа видна гомогенная тень образования.

    Границы тени на КТ во всех случаях были четкими. Однако эта четкость не отличалась идентичностью. При ретенционной кисте гра­ницы совпадали с контурами пазухи, при по­сттравматической - имели четкие контуры и располагались внутри лобной кости (рис. 4). Границы эпидермоидной кисты образовывали "нежный" соединительнотканный "ободок", который по периферии имел плотность от + 85,1 HU до +93,1 HU и толщину 1-1,5 мм, а границы эхинококковой - "грубый" соедини­тельнотканный "ободок" по периферии, плот­ностью от + 98,3 HU до + 104,1 HU. Его толщи­на достигала в одном наблюдении 3,1-3,5 мм. Наружные границы тени имели характеристи­ку, свойственную однокамерному эхинококку, а внутренние (тени капсул дочерних пузырей), была меньшей плотности, но повторяли форму материнского эхинококкового пузыря

    2 3 4